Говоря о стейблкоинах и их регулировании, Барнум подчеркнул, что усилия компании направлены на предотвращение создания теневой банковской системы, которая функционировала бы как банк — в том числе включала бы «нечто очень похожее на депозит с выплатой процентов».
Главный риск доходных стейблкоинов в том, что за счет выгоды они привлекли бы больше инвесторов, но по факту остались бы вне зоны деятельности надзорных органов. Именно поэтому позиция JPMorgan — ограничить доходность по стейблкоинам, чтобы они не могли заменить собой банковские депозиты.
По словам Барнума, JPMorgan сегодня активно работает с технологией блокчейна. В качестве примера он привел запуск токенизированного фонда денежного рынка. Он также отметил, что у банка есть соглашение с Coinbase, которое позволит клиентам покупать криптовалюту в экосистеме CCB.
Как стало известно в декабре, JPMorgan запускает свой первый токенизированный фонд денежного рынка на платформе Эфириума под названием My OnChain Net Yield Fund (MONY) с первоначальными инвестициями в размере $100 млн. Фонд позволяет инвесторам выкупать акции с помощью наличных или стейблкоина USDC.
В то же время аналитики JPMorgan скептически относятся к рынку стейблкоинов. По их прогнозам, он вряд ли достигнет $1 трлн к 2028 году. В 2025-м году рынок вырос примерно на $100 млрд, превысив $300 млрд, причем большая часть прироста пришлась на два крупнейших токена — USDT от Tether и USDC от Circle.
